Авторы

Вот вам еще сорок плюс один рассказ; это уже пятый по счету сборник лучших рассказов очередного ушедшего года, и вы представить себе не можете, как надоело мне писать примерно одно и то же для последней страницы обложки. Дескать, я считаю эти тексты лучшими из написанных в минувшем году и до сих пор нигде не опубликованных, поэтому обратите на них внимание, дорогие читатели, будьте так добры.
Будь я не составителем, а просто читателем, в чьи руки хотя бы однажды попадал один из наших сборников, мне, честно говоря, было бы абсолютно все равно, что написано на обложке. Мне без всяких дополнительных разъяснений было бы понятно, что там, внутри, не просто тексты известных и незнакомых авторов, но живая жизнь во всей своей полноте, шуршит, гремит, дышит. А будь я читателем, который никогда прежде не читал «ФРАМовских» сборников лучших рассказов, меня, думаю, привлекла бы картинка или заинтриговало бы название, но уж никак не надпись на последней странице обложки — кто ж их читает-то?
Однако считается, что такая надпись нужна, и вот вам целых три абзаца совершенно бесполезной информации. Я думаю, их даже в издательстве не прочитают, а вздохнут с облегчением, что составитель наконец-то прислал текст, тут же отправят обложку на верстку, потом в типографию, а через пару недель книга появится в магазинах, и вы станете ее читать. То есть это для меня пока будущее, а вы уже вот прямо сейчас читаете, все у нас получилось, и это означает, что, как писал Хармс, «жизнь победила смерть неизвестным для меня способом». Что и требовалось доказать.

Макс Фрай

Это уже восьмая по счету книжка так называемых русских инородных сказок, то есть увлекательных историй, рассказанных и записанных в разных городах и странах, чуть ли не на всех континентах, но непременно по-русски. Историй и рассказчиков с каждым годом становится все больше, и это – закономерный процесс.
И вот нам с вами восьмая по счету книга рассказов о событиях, которые происходят и тут, совсем рядом, и там, где нас нет, далеко-далеко – везде.
 

Число увлекательных историй с годами, понятно, не уменьшается. И хороших рассказчиков становится все больше – а как иначе? Как же удачно вышло, что мне давным-давно, еще в ту пору, когда каждый новый интересный текст, написанный по-русски, казался чудом, пришла в голову эксцентричная по тем временам идея собирать из них книжки. Славная получилась традиция. И вот перед вами уже, страшно сказать, седьмая по счету книга забавных и печальных, чудесных и обыденных историй о людях, которые не просто ЖИЛИ, но еще и БЫЛИ, а этим не каждый может похвастаться.

Постоянные читатели «ФРАМа» уже, не сомневаюсь, заметили, что в каждом сборнике лучших рассказов года публикуется на один текст больше, чем в предыдущем. Начинали мы когда-то с тридцати семи, а теперь вот их уже сорок. Это, конечно, я нарочно так делаю. И конечно, с задней мыслью. Постепенным увеличением числа лучших рассказов года составитель сборника как бы намекает, что в некоторых случаях хороших вещей со временем становится только больше, следовательно, перемены бывают к лучшему, будущего бояться не нужно, а смерти нет, разве только скелеты по шкафам околачиваются, но это только вносит в жизнь приятное разнообразие..
Макс Фрай

Артур Конан Дойл в эссе «Кое-что о Шерлоке Холмсе», датированном 1924 годом, рассказывает, в частности, следующую историю: 

Я слышал об одном случае в Америке, так и оставшемся нераскрытым. Некий джентльмен безупречной репутации отправлялся со своими домочадцами на вечернюю воскресную прогулку и вдруг обнаружил, что кое-что забыл. Он вернулся в дом, дверь которого оставалась еще открытой, а его спутники остались ждать на улице. Но он исчез за этой дверью навсегда, и с того дня не нашлось ни единой зацепки, чтобы хоть как-то приблизиться к решению. Могу с уверенностью сказать, что это одна из самых таинственных историй, о которых мне когда-либо доводилось слышать.

Эта история, к слову сказать, мельком упоминается в рассказе «Загадка Торского моста»; Ватсон приводит ее в качестве примера одного из немногих дел, с которыми не удалось справиться Шерлоку Холмсу. У исчезнувшего господина появляется имя Джеймс Филимор, предмет за которым он вернулся, принимает очертания зонтика.
Меня совершенно захватила история о человеке, который на минуту вернулся в собственный дом за зонтиком и исчез навсегда. Мы прекрасно провели вечер дома, придумывая мало-мальски удовлетворительные объяснения этого происшествия, с огромным трудом изобрели четыре убедительных сюжета на двоих и с удивлением поняли, что уже очень давно так не развлекались.
По ходу стало ясно, что если втянуть в игру как можно больше участников, ее итогом может стать сборник рассказов, объединенных общим сюжетом: человек выходит из дома в сопровождении небольшой группы свидетелей, тут же возвращается в дом, объяснив это необходимостью взять некий забытый предмет, и исчезает навеки. Все остальное, начиная от декораций и заканчивая разгадкой тайны, было оставлено на усмотрение авторов.
По-моему, вышло очень здорово.
Что же касается гражданина США Джеймса Филимора, его мы так и не нашли. Но тут уж ничего не поделаешь.

Макс Фрай 
 

Человек, который летит в самолете, может разглядывать облака в иллюминаторе, а может умирать от страха, рисуя в воображении ужасы авиакатастрофы, – ее вроде бы ничто не предвещает, но мы-то знаем, иногда они случаются. Этого достаточно.
Самолет – это, понятно, метафора, потому что у всех свои страхи, и есть люди, которые совершенно не боятся летать, но бледнеют, заслышав начальственный окрик, звук чужих шагов за спиной или позвякивание хирургических инструментов, – неважно, у каждого из нас множество своих причин не разглядывать облака в иллюминаторе, которые, впрочем, тоже всего лишь метафора, и черт с ними.
Поскольку нас всю жизнь приучали бояться – не только самолетов, а вообще всего подряд, потому что иногда оно случается, изучение облаков из приятного времяпровождения превращается в задачу номер один, великий вызов, важнейшее из искусств.

В детстве мы забирались на чердак или прятались в сарае, среди пыльных коробок и ржавых пил, все равно где, лишь бы там было сумрачно и неуютно, лишь бы устроить себе ночь среди дня, чужбину на родине. Сидели в потемках, прижавшись друг к другу, рассказывали страшные истории, верещали от ужаса, хохотали до колик, и какое же это было наслаждение. Взрослые учили нас бояться, а учиться получать от этого удовольствие приходилось самостоятельно; конечно же, у нас все получилось, такие мы были талантливые – как, впрочем, все дети.

Тут еще вот что. Тому, кто рассказывает истории, не страшно – до тех пор, пока он не замолчит. А тому, кто слушает, напротив, страшно и сладко, потому что бояться чужих демонов – одно удовольствие, о собственных можно забыть – до тех пор, пока не замолчит рассказчик. И вот мы рассказываем, взахлеб, не останавливаясь, а вы слушаете, вернее, мы пишем, а вы читаете, и конца этому не видно, и всем хорошо.
 

На этом месте, я знаю, положено писать примерно следующее: «Это очень хорошая книжка, просто замечательная, практически самая распрекрасная книжка в мире, дорогой будущий читатель, немедленно купи ее!» Но только, понятно, другими какими-нибудь словами, не настолько в лоб.
Поэтому словам, написанным на обложке книги, мало кто верит, честно говоря.
И ума не приложу, как следует поступать, когда пишешь слова для обложки книги, которую искренне считаешь хорошей, практически самой распрекрасной в мире. Может быть, надо написать так:
«В этой книге нет ничего интересного, кроме тридцати девяти текстов про беглецов и – совершенно верно – чародеев, которые показались мне лучшими рассказами 2007 года, написанными по-русски, но я, конечно, вполне могу ошибаться. Тираж у этой книги, как вы можете убедиться, совсем небольшой, так что ее все равно мгновенно раскупят люди, читавшие составленные мною сборники лучших рассказов за 2005 и 2006 годы; многим еще и не хватит, одна надежда на дополнительный тираж, и еще, может быть, кто-нибудь выложит книгу в интернете. Поэтому давайте я сделаю вид, будто в этой книге и впрямь нет ровным счетом ничего интересного, глупо же рекламировать бриллианты чистой воды, доказывая случайным прохожим, что они ничем не хуже стразов. А подлинные ценители сами, без моего вмешательства, заметят и поймут.

М. Фрай

Если кому-то кажется, будто в один прекрасный момент сказки у нас закончатся, имейте в виду, это чудовищное заблуждение, трагические последствия которого не способно обрисовать даже самое буйное воображение.
Это я смеюсь, да и не столько над вами, сколько над собой. Но думать о том, что все хорошее рано или поздно заканчивается, или просто становится хуже со временем, действительно не стоит. Это скверная и даже опасная идея, не место ей в живой человеческой голове. Некоторые от этой идеи, вы не поверите, даже умирают.
Будем считать, что этот наш сборник – очередной скромный вклад в борьбу с распространенным печальным заблуждением. Потому что сказки у нас не заканчиваются, со временем они становятся все лучше и лучше, и вообще все только начинается. Всегда, каждый день, в любую минуту все только начинается, я знаю, что говорю.

Макс Фрай

Время идет, а некоторые вещи не меняются. Некоторые люди по-прежнему пишут отменные рассказы, а некоторые другие люди их читают. Я – старый кладоискатель, я знаю хорошие места, неудивительно, что моя коллекция сокровищ – одна из лучших на этом берегу Леты. И если уж все так удивительно сложилось, что я не единственный живой человек в мире, надо, наверное, снова поделиться лучшими находками минувшего года.
Лучший питьевой уксус и отборнейшие крокодилы 2006 года – к вашим услугам. И бледность нам всем нынче к лицу.
 

До последнего момента мне было очень трудно поверить, что эта книга действительно будет напечатана. Мне казалось, в ней слишком много таинственного и чудесного, чтобы вот так просто издать ее многотысячным тиражом. Однако если вы сейчас читаете это предисловие, значит, все у нас получилось, и это само по себе настолько удивительно, что мне нечего добавить. Эта книга сама себя написала, а потом сама себя издала, теперь она, надо думать, будет вдумчиво продавать себя заинтересовавшим ее читателям.
Честно говоря, мне ужасно интересно, что теперь будет, как изменится мир, в котором мы все живем, как сложится судьба каждого участника проекта и как изменится жизнь всякого читателя – вот, например, ваша.